Вторник
21.05.2019
16:46
Приветствую Вас Паломник | RSS Главная | Глава 3 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 5
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Форум » Библиотека (фантастика, фэнтези) » Ночь упавшей звезды » Глава 3
Глава 3
ТеоДата: Вторник, 11.05.2010, 23:31 | Сообщение # 1
Придворная ведьма
Группа: Князь
Сообщений: 12226
Награды: 87
Репутация: 87
Статус: Offline
Глава 3.

Люб, пригибаясь и покряхтывая под непосильным грузом, довлек князя до покоев и усадил в кресло у стола. А сам шлепнулся на ковер, вытирая пот с покрасневшего лица и громко сопя.
- Усё... Лечите.
- Колбасой, - добавила я, доставая ароматно пахнущий сверток из сумки, которую нашла под креслом. Вытянула нож из сапога, напластала колбасу и хлеб, разложила на блюде, снятом с каминной полки, пристроилась на угол стола и заботливо подвинула блюдо князю.
- Угощайтесь. Она вкусная, с чесноком. А хлеб с тмином.
И, подавая пример, сграбастала с тарелки большой кусок. Подмигнула детям:
- И вы налетайте. А потом мне с кирасой поможете. Идет?
Второй обед за день... впрочем, после стольких переживаний он мне только на пользу.
Люб активно закивал и отправил хлеб с колбасой в рот. По конопатой мордашке разлилось блаженство. Разве что добавленный в хлеб этот тмин чуть-чуть портил картину, и юное любово дитя старательно и незаметно выплевывало его в кулак...
Синеволосая Артемия притащила для себя обитую голубой парчой скамеечку и тоже схватила бутерброд.
Я же молча порадовалась, что сумка непромокаемая, и купание в замковом рву нисколько не повредило ни ей, ни колбасе.
Оставив блюдо с едой на коленях у мрачного князя, я извлекла заветную долбленку с касторовым маслом и, отойдя к распахнутому окну, взялась натирать жак и сапоги. Запах у масла, конечно, премерзкий, зато кираса перестанет коробиться, и трещин на коже не будет. Ну, и с заклепок ржавчина сойдет.
Потом надо почистить и отполировать клеймору и ножи.
За привычной работой грусть отступила. Я даже песенку стала насвистывать, легкомысленную такую, об элвилинской деве, пугающей в лесу поселянина. Все может вылететь из головы, а такая как привяжется!..
Люб навострил ушки, с интересом наблюдая за мной. На лице его писалось, что вот уж чего-чего, а это внятно и понятно. Люби дети тоже чаще всего используют кожаный доспех в своей жизни, и сам он не один такой перечистил.
- А ты чего поешь? Я такой раньше не слышал...
- А она приличная? - розовея, спросила Артемия, приканчивая бутерброд и протягивая лапку за следующим.
Рыжий Люб завел глаза к потолку:
- Это ты о "Яшмовой орхидее Мерриана"? Дядь Одрин, а зачем вы ее в камине спалили? Папа велел книги старинные уважать, ну и... я так и не понял: а откуда в Мерриане орхидеи? - с милой непосредственностью докончил он.
Темка расфыркала хлебные крошки. Князь закашлялся и побагровел. Скосился на остроухую:
- И не надейся... такого - там точно нет!
Потом осторожно взял бутерброд и принюхался:
- А ее не под седлом вялили?
- Не-а, - утешила я.
- А вы откуда знаете, что в книжке было? - показав острые зубки, нахально заулыбалась Артемия. - Читали, да?
- Мне было достаточно картинок, - буркнул Мадре себе под нос. Потом понял, что это прозвучало несколько двусмысленно, и поспешно добавил: - Ну, в смысле, видел, когда сжигал...
- Я так и поняла, - еще шире улыбнулась синекудрая и отправила в рот остатки второго бутерброда.
Люб, по тому, как покраснела Артемия, догадался, что это была за книжка, и хрюкнул в кулак. М-да... Интересные вещи в библиотеке, оказывается...
- А ты чего хихикаешь? - зыркнул на него князь и, страдальчески поморщившись, рискнул-таки надкусить бутерброд.
- Вкусно? - заботливо спросила Артемия.
- Нет, - отрезал Одрин, но бутерброд все-таки съел и смущенно кивнул мне:
- Э... спасибо...
Артемия хихикнула и с сожалением посмотрела на пустые руки:
- Да-а... Это было ужасно невкусно... Прямо-таки отвратительно... - весело улыбнулась она.
Люб вздохнул:
- Жаль, невкусного было так мало...
- Точно... А ты мне, вот, прямо хочется еще себя помучить и впихнуть в себя еще пару этих заме.... отвратительных бутербродов... - продолжила остроухая.
- У меня больше нет, - я развела руками, едва не снеся с подоконника долбленку, но вовремя успела ее подхватить. - Она приличная, - это относилось к песне. - Девушка просто дразнила лесоруба, чтобы он не обижал ее любимые деревья, только и всего...
"Эй, отложи топор живей,
лей, дождик, лей,
ко мне приблизься, пожалей,
лей, дождик, лей.
И поцелуй меня в уста,
кругом такая красота,
ну что же ты, скорей..." - напела я хрипловато, смутилась, потом вскинула голову и ответила на бормотание князя:
- На здоровье. Поправляйтесь скорее. И тренируйтесь на статуях, тогда четвертая уцелеет. Или пятая там...
И захихикала, опустив лицо к кирасе. А потом звучно чихнула. Все, годится. И взялась за сапоги.
- А они там только целовались? - огорчилась Артемия. - Не, так не интересно. Я, вот, слышала одну песенку про некроманта... - она зарумянилась.
Князь покраснел еще сильнее, словно превращался из лилии в розу; Люб разулыбался, а я строго посмотрела на остроухую:
- Нет, они не целовались. Девушка занималась полезной природоохранной деятельностью, а потом просто исчезла, потому что дровосек, как вы его зовете, давний, ей не нравился. Вкусы элвилин и людей слишком различны, чтобы они могли быть вместе.
Я отложила сапоги и стала оглядываться в поисках клейморы. Нашла ее у стены и, сидя на подоконнике, занялась полировкой клинка - дело неспешное и не требующее сосредоточения. Петь мне расхотелось.
Артемия посерьезнела.
- И ничего они не различны, - она тряхнула синей головой. - И вместе они быть могут. У меня папа - человек...
- Извини, не знала, - с досадой буркнула я. - Хотя исключения только подтверждают правило. И вообще, нам что, больше поговорить не о чем, как о... тьфу, о нежной страсти? Лучше расскажите последние новости. Можете мне не верить, но я не знаю о вашем мире вообще ничего.
Темка поерзала, подперла коленками подбородок:
- Так я ж уже рассказывала. Новость у нас одна - война будет. Скоро. Вот победим кругло... давних - и наши народы станут свободными. А меня, вот, воевать не пускают... - она сердито нахмурилась и стрельнула глазами в Мадре.
- Я бы тебя пустила, - протянула я зловеще. - Ты любого врага в пол дня язычком ухлопаешь.
- Я из лука стрелять умею, - оскорбленно вскинулась Темка и сникла: похоже, вспомнила некий определенный лук... родовой. - А на мечах драться меня папа не хочет учить...
- Темка, - Люб потянулся и робко погладил спутанные зеленые волосы подружки, - мой папа вернется - можно будет его попросить... Он князь и наиглавный военный командир.
- Да знаю я... - девочка вытерла глаза.
Я оглядела худенькую гибкую фигурку Темки:
- Научиться владеть мечом несложно, только вот... тебя просто раздавят в схватке... и... это очень... противно... на самом деле. Отец тебя правильно жалеет.
Мне вдруг вспомнился взгляд первого, убитого мною. Я передернула плечами. Знобит... Или это оттого, что вечерний холодок заполз в открытое настежь окно?
Артемия подошла ко мне и ткнула пальцем в грудь:
- Мне нужно. Ты не поймешь. Мне нужно отомстить. А из лука - не то. Я хочу видеть их глаза.
Я заглянула в кошачьи зрачки странной девочки:
- Может быть, не пойму. Но я не хочу, чтобы ты пожалела потом о своем выборе.
Уложила клеймору на ковер и взялась за ножи и точильный камень. Тихое "вжихх" наполнило комнату.
Неужели на свете нет никого, у кого бы не нашлось отравленного ножа в сердце? Кто просто жил бы и радовался этому миру, солнечному лучу, просвечивающему сквозь зелень листьев, голубому небу за окном?
Я отвернулась от комнаты и локтем смахнула слезу. Мертвые не плачут.
- Бедный папа... - тянул свое Люб. - Сандра вон тоже на мечах драться хочет... Сандра-Талька Цмин - это моя сестра, - мальчишка зачем-то опять взглянул на потолок. Любовался дивной резьбой? - Подмастерье-менестрель, вот... Из Венисской школы менестрелей. Между прочим, тоже рыжая... Ой!
В распахнутое окно влетела растрепанная пятнистая птичка с красными бровками и задорным хохолком, зависла, игнорируя закон всемирного тяготения, над плечом князя, пискнула и оставила на его синей тунике белое пятно. Князь неожиданно ловко поймал нахалку; будто кусок сыра, сжал в кулаке. И, пошатываясь, ушел в спальню. Дверь за его спиной словно захлопнуло ветром. Хотя, чтобы захлопнуть такую тяжелую, требовался, по меньшей мере, ураган.
- А чего это было?
- Летавка. Они письма носят.
- Любо-овные...
Артемия откинула за спину синие спутанные волосы и толкнула меня под локоть:
- Не реви. Я же не реву. И ты не реви. Поняла?
Вот дура! Ну кто толкается, когда в руке нож... клинок скользнул по точильному камню и наискось вонзился в ладонь, выйдя с другой стороны, окрасившись кровью.
- Мгла, - выругалась Артемия и, ухватив мою руку, прижала сосуд. - Вот балда. Не умеешь с ножом обращаться...
Второй рукой она принялась нашаривать в рукаве платок.
Люб подбежал, взглянул на мою руку и присвистнул:
- Сегодня не ваш день, видимо...
Я с яростью выдернула нож:
- Нечего под локоть лезть!!
Что угодно: ругаться, зубами скрипеть - только не орать перед глупыми детишками и этим... лилейным князем. Может, он и не заметил? У себя взаперти...
- Сама ты... - отозвалась Темка, наконец, выуживая платок и зажимая рану. - Если руки трясутся, нож не бери...
Она сердито сдула со лба прядь и уже как-то виновато спросила:
- Сильно больно?
- От тебя у любого руки затрясутся, - прошипела я. - Я тебя выдеру.
Перекинула девчонку через колено и от всей души шлепнула пробитой ладонью. Отпечаток на ее попке остался что надо!
А у меня в глазах потемнело.
Спихнув Темку с колен, я здоровой рукой нашарила в сумке зелье, выдернула пробку зубами и облила рану с двух концов. Зелье зашипело, кровотечение остановилось. Пока не началось снова, я обмотала ладонь бинтом и затянула узел, помогая себе зубами.
- Если... если ты еще раз сунешься под нож... - рыкнула я на Темку, - никакой тебе войны! Замуж - и точка!
- Дура, - вне себя от праведной ярости крикнула Артемия, кубарем скатившаяся на пол и растиравшая пострадавшее место. - И я еще тебя лечила!! Платок отдай!
- На, - я подняла и кинула капризуле платок. Потом вздернула ее за шкирку здоровой рукой и поставила, зажав коленями. - И если еще раз назовешь меня дурой, я тебе... я тебя... в угол поставлю, вот!!
Млин! Связался черт с младенцем!
Не разбирая дороги, я вылетела в коридор.
- Да я тебя еще и не так обзову!! - пискнула мне в спину Артемия и выскочила следом. За ней, удивленно щурясь, но не теряя солидности, показался Люб, громко - так, что было слышно и мне в коридоре, - поинтересовавшись у закрытой двери в спальню князя:
- Вы же в порядке, да? Я могу идти?
Рыжему не ответили.

От павшего лучника осталась очень удобная ниша: пустая и темная. Я забилась в нее, усевшись на корточки, придерживая раненую руку здоровой.
Мимо ниши, яростно оглядываясь, перепрыгивая обломки и сбивая факельный огонь, пронеслась синеволосая. За поворотом звучно грохнула дверь.
Через минуту, задумчиво сопя, запустив руки в рыжее гнездо на голове, протопал Люб.
Прошли два стражника.
И стало восхитительно тихо.
Но тут, словно чтобы окончательно испортить мне день, из конца коридора донеслись шелест шелка и легкие шаги. Не иначе, какая-нибудь потрясающая элвилинская красотка, из тех, что шлют любовные письма князьям с летавками. Да чтоб их всех!
"Только бы не остановилась!" - взмолилась я, решая тупо молчать: пусть считает меня новым украшением или фамильным призраком элвилинского дедушки...
Так и есть - красавица в темно-синем платье, с аккуратно уложенными темными волосами. Из прически выглядывают острые кончики ушей. Большие глаза светятся в полутьме.
Споткнувшись об обломки лучника, красавица ойкнула и своими синими плошками уставилась на меня.
- Это еще что? Иллит атор, леди. Вы кто?
Я упорно молчала.
- Я спросила, кто вы? - ледяным тоном повторила остроухая. - Это вы здесь устроили? - и указала на мраморные останки.
- Это князь Мадре, княгиня Идринн, - подошедший Люб рассеянно и немного неуклюже поклонился.
Княгиня Идринн... Кажется, та самая Идринн, которую Мадре назвал недотрогой, а его племянник Сианн брал в заложники.
- Но... это же творение самого эйп Леденваля! - девушка заморгала длинными ресницами. - Но... князь Одрин расстался с Исой эйп Леденваль больше двух тысяч лет назад, а разбил - только сейчас?.. Какое самообладание!
В милом голосе прозвучал восторг. Я скривилась.
- Извините, но я Темку ищу, - ввернул свое Люб. - Вы ее не видели?
- Кого? - удивилась Идринн. - А, твою синеволосую подругу? Нет, прости, не видела...
И снова презрительно уставилась на меня. Ну еще бы, одежда чистая, но простая; пахнет земляничным мылом, а не каким-нибудь дивным алолистом или озерной лилией... "Ладонь перевязана - кто это ее так, интересно? Волосы рыжие - дитя Люба, что ли? А стрижены так, как будто ножом кромсали".
- Вам плохо? - передумав все это, мелодичным голосом спросила Идринн.
- Нет, мне хорошо, - буркнула я. - А будет еще лучше - если меня оставят в покое.
Остроухая нахмурилась.
- Понимаю. Но вам нужно смыть кровь с волос, нормально перевязать руку и прилично одеться. Я княгиня и не могу допустить, чтобы вы оскорбляли память элвилин, которые строили этот замок много веков назад, расхаживая по нему в крови и расстегнутой рубашке, - она наклонила голову. "А если эту рыжую нахалку одеть в платье, она будет выглядеть даже красиво", - пробормотала Идринн и прибавила: - Да и подстричься вам не мешало бы.
Я смерила черноволосую красавицу взглядом:
- Знаете что, милочка? Указывайте своему жениху! Этому, лилейному дистрофику, как ему стричься и одеваться! А лично меня мой вид устраивает. Но чтобы не оскорблять ваш изысканный вкус, я сейчас уберусь, немедленно. Вот только вещи заберу. И... - я посмотрела на распахнутый ворот. - Что естественно, то не безобразно. Так что мне смущаться нечего!
И резко встала.
- Жаль,- мрачно вздохнул рыжий мальчишка. - Придётся искать самому... И куда она могла убежать?
- Сидите уж... Куда вам... - Идринн, брезгливо приподнимая подол, переступила обломки лучника и приблизилась. - И что вы знаете о моих женихах, интересно? - видимо, я задела неприятную струнку. - Я обручена с князем Алиелором Сианном, с тем, кого считали предателем, слыхали? - она вздохнула.
- Куда-нибудь, лишь бы подальше отсюда, - выдохнула я. - Что я знаю о женихах? Что они всегда выбирают таких красивых зануд - исключительно за миленькую внешность. Потому что им не интересно разбираться, что у человека внутри. Нет, о Сианне-предателе я не слышала. Да и не хочется.
- Значит, меня нельзя полюбить, да? - прошептала красавица растерянно.
- Да нет, вполне можно, - пожал плечам Люб, на секунду отрываясь от размышлений о Темке. - По крайней мере, почему нет?
- Обручиться, видимо, можно, полюбить - нет... - Идринн вздохнула и улыбнулась. - Впрочем, неважно. Не обращайте внимания.
- Разумеется, - конопатый почтительно кивнул. - Я вообще ничего не слышал и не видел. Конечно же!
И выразительно хмыкнул.
Остроухая сверкнула глазами:
- Вот и хорошо. А вы? - синие холодные глаза обратились на меня.
- Ну, я пошел? - Люб ещё раз для убедительности кивнул и поспешно ретировался куда-нибудь подальше от сердитой элвилин. Наорёт ещё...
- А мне без разницы...
Я развернулась и влетела в кабинет Мадре, оставив княгиню Идринн стоять с открытым ртом посреди коридора.
Стараясь не коситься на спальню Одрина - сидишь там? И сиди! - я стала заталкивать в сумку вещи. Потом обулась - и как эта брюнетка в синем не стала пенять, что перед тенями благородных элвилинских предков босиком разгуливать неуместно тоже? - и натянула кирасу. Подпоясалась. С каждым движением ладонь болела все сильнее, но я, скрипнув зубами, приказала себе не обращать на подобные пустяки внимания.
Аккуратно переложила все вещи в сумке. Полюбовалась на подсыхающую кровавую лужу у подоконника. Махнула на нее рукой и собралась закинуть клеймору за спину.
И тут двери в спальню открылись. Лилейный, прислонясь к косяку, высился на пороге, сложив руки на груди. Летавки при нем больше не было.
- О, господин князь, - сказала я сладким голосом. - Напишите мне бумагу, чтобы меня из замка выпустили. А для мэтра Сингарда за одежду вот, - я кинула на стол горсть серебра. - Не знаю, какие деньги у вас в ходу, но по весу сойдет.
В пораненной ладони точно повернули раскаленный прут.
- Не спешите, сударыня, - вкрадчиво сказал Мадре. - Неужели вы откажетесь отужинать в нашем обществе? Бутербродов с вяленой колбасой я, конечно, не обещаю, но тем не менее... И, кстати, я бы посоветовал вам еще раз заглянуть к Сингарду. Он дивно умеет лечить ладони... - князь демонстративно опустил глаза к косоватой повязке на моей руке.
- Да пошли вы! - заорала я. - Лилия ходячая! В гробу я видала ваше общество! Утонченное!
Так, клеймору за спину, сумку на плечо. И к двери.
- Не стоит так огорчаться, - спокойно произнес Мадре, осторожно пересекая кабинет и садясь в ближайшее кресло. Дались же ей эти лилии - он возмущенно скривился. - Неужели вы думаете, что сможете выйти из замка без моего разрешения? И, кстати, не обольщайтесь насчет утонченности нашего общества. Мы можем быть при случае и хамами, - он подпер рукой подбородок и задумчиво оглядел меня с ног до головы.
Я обернулась через плечо и одарила остроухого не менее испепеляющим взглядом:
- Не выйду - останусь здесь. Умру, и вас совесть замучает. Лучше отпустите, а то хуже будет, - протянула я сладким-сладким голосом. - Кресло с ковром я вам перемазала, подоконник кровью залила, статуя из-за меня рухнула, Темку шлепнула, и шишка у вас на затылке - тоже моих рук дело. Так что я честно предупреждаю. Вот.
- Да, - протянул Мадре и неожиданно весело улыбнулся. - Я уже заметил, что вы страшная женщина. Но, извините, отпустить пока не могу. Долг, знаете ли... Кстати, возможно, вы вспомнили, как попали сюда? - добавил он осторожно. - Так сразу разойдемся с миром... Может быть.
- Ну, спасибо... - пылая яростью, я повернулась на пятках лицом к наглому князю. - Вспомнила. Я попала сюда, чтобы сказать вам, что вы... вы... - прыжок, и глухая пощечина больной рукой.
Рана ерундовая, отчего же стены крутятся и потолок несется вверх?
Мадре подскочил, держась за щеку, с намерением схватить меня за шкирку и как следует встряхнуть, и потому в последний момент успел поддержать и обалдело уставился в мои глаза, оказавшиеся внезапно близко-близко. У него почему-то перехватило дыхание.
- Боль-но... - пробормотала я, окончательно теряя сознание.
А очнулась от раздраженного, лишенного любых признаков мелодичности голоса, каким Одрин бранил Темку, за плечо подтаскивая к креслу, в котором я сидела:
- Хорошо же вы ее лечили! Что, Сингард совсем мышей не ловит? Или он ее действительно просто... э... мыл? - княжьи глаза нехорошо блеснули.
- А я откуда знаю, меня там не было... - огрызнулась Артемия, стряхивая руку Мадре и склонившись надо мной. - Холодной воды и полотенце! - приказала она.
- Странные у вас какие-то способы... - проворчал Одрин. - Эх вы, костоправы. Все бы вам облить кого...
Я не сомневалась, что остроухий сейчас вспомнил Темку, подбиравшуюся к нему с кувшином в коридоре. Потом его осенила еще одна мысль, и князь выудил из ящика стола серебряную фляжку. Вернулся ко мне и резко приказал Темке:
- Голову подержи.
- Поучите бабушку мед варить. Кто тут лекарь, вы или я? - на удивление спокойно парировала девочка. - У нее сотрясение мозга - компресс нужен.
- Ее тошнило? - Одрин строго посмотрел на синеволосую. - С чего ты вообще взяла, что сотрясение? Твой Сингард даже шишек не разглядывал! Мала еще, князей учить.
И, осторожно приподняв мою голову, поднес к губам фляжку.
- Ну и лечите сами, как знаете, - возмутилась остроухая.
Я хлебнула и закашлялась.
- Что... это?
Впрочем, по запаху было ясно, что...
Я подняла глаза на князя. Вот уж... не ожидала, что у него найдется такое. Но все равно брезгливо дернулась от его рук:
- Не... трогайте!
Конец закономерен: фляжка вылетела, расплескав содержимое, и упала на пол. По кабинету поплыл резкий запах самогонки. Конец ковру.
- Я говорила - компресс надежнее, - важно изрекла Артемия.
Мадре взбешенно зыркнул на девочку:
- Вода - в кувшине в спальне! Возьми, где похолоднее!
Потом язвительно посмотрел на меня:
- Ну что, полегчало?
- В кувшине или в спальне? - переспросила Артемия, но порхнула, куда отправили.
- Да чтоб ты пропал! - я резко выпрямилась в кресле. - Лучше отпусти... пожалуйста...
Загородилась здоровой рукой. Щеки пылали, а слезы были слишком близко - могу и не удержать.
- Говорю же - не имею права, - Одрин вздохнул. - Ну, госпожа, поймите меня правильно - я здесь не единственный князь, и все решения принимаются совместно. Подождем, когда вернется князь Сианн, а там будет видно. Неужели здесь, в самом сердце прекрасного элвилинского леса, - начал он воодушевляться, - вам настолько плохо, что вы не можете обождать еще пару часов?
Вернулась Артемия, прижимая к животу здоровенный кувшин.
- Не переживай так, - сказала она мне. - Я тебя извиняю.
Вот только этой настырной девицы не хватало...
Я обхватила раненую руку второй рукой и заревела. Мадре растерялся и присел рядом со мной на корточки. (Мне вдруг показалось, что он вообще всегда терялся при виде женских слез, чем некоторые частенько нагло пользовались). Осторожно взял меня за руку:
- Ну, сударыня, не нужно плакать. Вас же никто не обижает, просто чуть-чуть задерживают. А это, поверьте мне, сущие пустяки.
Покосился на мою раненую ладонь и злобно сказал:
- Да что там этот Сингард, уснул, что ли?! Темка, ну-ка давай за ним! Пусть он берет свои красивые ноги в руки и несется сюда.
Остроухая запыхтела, но поставила кувшин и вылетела за дверь.
Назад она тоже летела, но с видом собачки, не нашедшей дерево в пустыне. За Темкой следом, одной рукой подталкивая ее в худенькую спину, а другой держась за собственный объемистый живот, ворвался на полном скаку Сингард. Золотое пламя головы сбилось набок, лицо было кривым и тяжелым, а мятой и золототысячником разило от лекаря чуть ли не втрое сильнее, чем в прошлый раз.
- Ну, что еще тут стряслось? - громыхнул лекарь. - У мелкой был повод въехать мне темечком в пузо или...
- Тут стряслось осложнение диагноза, так вами и не поставленного, в форме прободения ладони, - заумно ответил Мадре.
- Так-так... Ну... - кряжистый перестал пыхтеть, оправил мантию и смерил меня взглядом. - Тут, по-моему, еще налицо и расшатанные нервы и сотрясение мозгов... вы что, ее роняли, что ли?
- Да. Нет. То есть, она упала, но сверху. А головой вообще-то приложился, собственно, я.
- Еще и вы. Тейрунни, что ты смотришь на меня, как давний на элвилинское ухо? Давай компресс.
- Кому?
- Обоим, летавка тебя поклюй! - возмутился лекарь такой глупости. - Обоим.
- А мне зачем? - удивился Мадре а потом вспылил: - Да что вы, помешались на этих компрессах? Не видите - у нее рана на руке! Ее зашивать нужно, да обеззараживать! Тьфу ты... войну мы точно проиграем, - мрачно закончил он.
- Не вижу, - флегматично отозвался Сингард. - Под бинтом она. И вообще, поучите бабушку мед варить. Голова важнее руки.
Мадре застонал и всуе проклял тот день, когда вообще встретил этого Сингарда на свою голову. Больную.
Может, действительно, полегчает?
- Кладите свой компресс, - величаво согласился он.
- Вот сразу бы так, - лекарь смочил полотенце и, нагнувшись, возложил его, как корону, на княжье чело. - Я ведь, сынок, плохого не пожелаю...
Вместо ответа Мадре напел в полголоса зачин фривольной элвилинской баллады и почему-то покосился на меня.
- Та-ак, - протянул Сингард.
- В смысле?
Лекарь пощелкал пальцами перед носом князя.
- Сколько будет два помножить на два? - строго спросил он.
- А подсказать можно? - вопросил с порога рыженький Люб, готовый сразу же исчезнуть при малейшем намеке на неприятность. Артемия не выдержала и хихикнула. А Сингард одарил помощницу таким взглядом, что ей захотелось провалиться под землю... вернее, под пол.
Мальчишка же, уверовав, что немедленно его изгонять не будут, вошел окончательно:
- Ну так как? Можно подсказать?
- А ты знаешь ответ? - удивилась Темка.
Люб гордо кивнул. Артемия уважительно посмотрела на приятеля.
- Да что вы, издеваетесь, что ли? - зыркнул очами Мадре. - Вы дамой займитесь!
- Тихо, тихо.... Князь нам нужен со здоровой головой... - успокоил Одрина Сингард.
- А там всё просто, - мальчишка взбил рыжее гнездо на голове. - Метаешь нож и считаешь, сколько раз попал... Вот представь, вот ты попала ножом в мишень один раз и ещё два. И всё в разные места. Сколько вмятин в ней останется? А если два захода подряд будешь попадать по три раза?
- Э-э-э.... Я же нож не умею. Я только из лука.
- Ну... - Люб впал в ступор, но очень быстро нашел выход. - Ну, можно стрелять и считать стрелы...
Мадре в отчаянии застонал и упал носом мне в колени.
"И это - будущее элвилинского народа" - горько посетовал он.
- Что с вами, князь Мадре? - встревожился Люб.
- Плохо ему, - сказала Темка.
- Его нужно отнести в лазарет, - огласил приговор лекарь. - Обоих.
- Что вы со мной фамильярничаете? - я попыталась оттолкнуть остроухого, заодно сбросив с колен мокрое полотенце. - Думаете, если князь, так можно со мной вот так? Идите вон к этой, своей, в синем платье! И не трогайте меня! Да что с вами?
- Опять тащить? - сделал страшные глаза Люб. - Я сюда его насилу приволок...
- На это есть помощники.
Сингард обернулся ко мне:
- Теперь вы, деточка. Давайте руку.
- Я не могу. Я его держу - чтобы не упал, - кивнула я на Одрина.
- Так. Князь повопил, теперь следующий исполнитель... - прокомментировал рыжий. И вздохнул обреченно: - Ну, давайте, я подержу.
Мадре приподнял голову, недоуменно уставился на мои колени и пробормотал:
- Извините...
И захлопал ресницами:
- Какое еще синее платье?
- То есть... - я покосилась на Одрина. - На вашей невесте. Она еще моим видом недовольна была, и прической. И... - я сунула раненую руку Сингарду и отвернулась.
- А у меня есть невеста? - удивился князь. - Сингард, это опять ваши штучки?
Дедка фыркнул.
- Сингард, вы скотина.
- Знаю, - невозмутимо отозвался огненноволосый. - Вы мне это уже говорили, когда у вас была горячка после меда.
- Ого! - выдал Люб, невероятно заинтересованный беседой.
Я скосила карий глаз на конопатого мальчишку и прошептала громко и внятно:
- Я кричать не буду. А посмеешь усомниться - на ногу наступлю. Внял?
А потом Сингард стал отдирать бинт с ладони, и мне пришлось прикусить рукав рубахи, чтобы и впрямь не заорать.
- Ну, потерпи, потерпи... Не надо было самой перевязывать, - успокоил лекарь, плеская на повязку воду, чтобы легче отошла. В конце концов справился и стал осматривать рану. - Ого... Это кто ж вас так, деточка?
Люб покосился на Артемию и поспешил заверить лекаря, что это я абсолютно самостоятельно и без чьей-либо помощи справилась.
- Нож случайно соскользнул, - одарив рыжего мальчишку еще одним нехорошим взглядом, пробормотала я и покраснела. Терпеть ненавижу врать.
- Ага, совершенно сам, - ввернула Темка, которую совесть ни капли не мучила. Лекарь окинул всю компанию взглядом и хмыкнул:
- Я так и понял.
- Они у меня самостоятельные, ножи, - сквозь зубы просипела я. - А крапива еще самостоятельней...
Я вообразила, как толстый, жгучий крапивный стебель ходит по заднице... нет, не Темки... а вот этой нудной элвилинской барышни в синем, и испытала злорадное облегчение. Даже боль в ране, казалось, утихла. Но потом я покосилась на князя и безнадежно прикрыла глаза.
- Э-э... какая крапива? - переспросила Артемия.
- Это ты узнаешь, когда мы вернемся в лазарет, - одернул девочку Сингард и принялся аккуратно бинтовать мою ладонь.
- Спасибо, дедушка... мэтр Сингард, - губы у меня дрожали, и слова выходили невнятно. Нет уж, лучше с врагом лицом к лицу, чем здесь. Словно удавку на шею накинули.
Я потянулась здоровой рукой к горлу.
Лекарь затянул узелок и, достав флакон из складок мантии, вложил мне в здоровую руку.
- Вот это - принимать перед сном. Даже если сон случится днем. Ясно?
Я машинально взяла:
- Что это?
- Это, - Сингард подмигнул и шепнул, - чтобы не рыдать перед лилейными князьями.
- Я от боли заплакала...
Люб выразительно кашлянул:
- Ну так, для этого и флакончик, я полагаю...
- Конечно, - кивнул Сингард. - Это простое обезболивающее. А вы что вообразили?
- Как вам не стыдно... - в Мадре неожиданно проснулась человечность (если, конечно, это употребимо по отношению к элвилин). Он укоризненно обвел глазами детей и лекаря и покачал головой.
- Да не расстраивайтесь вы так, - повернулся он ко мне. - Они всегда такие, только волю им дай... Нужно просто привыкнуть. Самое сложное - первая сотня лет, а потом терпимо... - и он жалостливо погладил меня по колену.
Лекарь фыркнул, Артемия хихикнула.
Я развернулась и от всей души влепила князю еще одну пощечину - на этот раз левой рукой, усиленной флакончиком, зажатым в кулаке. Его голова мотнулась.
- У меня нет сотни лет! От силы еще тридцать, и то под конец старухой! Я вам не ребенок, и жалость мне не нужна!
Я вскочила, запнулась за складку на ковре и врезалась в стол, смахнув с него бумаги и долбанувшись животом в ребро столешницы так, что выбило дыхание. Несколько секунд я тупо пролежала на столе, ожидая злорадного хихиканья. Потом сползла на пол, обхватив колени руками и ткнувшись в них лицом. Люб прав, сегодня явно не мой день.
На сей раз Темке хватило ума не лезть с сочувствием. Она только вздохнула...
Я кое-как сгребла в кучку конечности и, опираясь о стол, выпрямилась, развернулась к компании:
- Отведите меня куда-нибудь... хоть в погреб, хоть в тюрьму. Не могу здесь больше находиться. Ну положено же меня упечь, за то, что побила вашего князя? А?
Вот стою перед ними, вид жалкий, рука перевязана, из глаз того гляди, опять потечет, какая воительница, к лешему? Понятно теперь, почему люди не выносят элвилин. Они своей заносчивостью или жалостью кого угодно достанут.
Люб понимающе кивнул подружке и тоже счел за лучшее промолчать. Так, на всякий случай.



Шаман за скверную погоду недавно в бубен получил...
 
ТеоДата: Среда, 30.11.2016, 17:16 | Сообщение # 2
Придворная ведьма
Группа: Князь
Сообщений: 12226
Награды: 87
Репутация: 87
Статус: Offline
В принципе, вот эту главу от Оди можно вполне. Порезать трындец с детишками и пусть на тему устройства Даринги пообщаются. Одя Арьку может поэкзаменовать коварно на предмет проверить, не шпион ли она. Мпжду делом так.

Шаман за скверную погоду недавно в бубен получил...
 
ТриллвеДата: Среда, 30.11.2016, 17:52 | Сообщение # 3
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13772
Награды: 86
Репутация: 93
Статус: Offline
А попробуй. Только концептуал оставь. Лучника павшего непременно. 8 И насчет Темкиной мсти. И где-то там было о Тальке и хауберке, это тоже надо сохранить. 8

 
ТеоДата: Четверг, 01.12.2016, 17:28 | Сообщение # 4
Придворная ведьма
Группа: Князь
Сообщений: 12226
Награды: 87
Репутация: 87
Статус: Offline
Ну, вот так пока. Только меня смущает, что от оригинала мало чего остается. Ну, щас Одрин заткнется и будет наблюдателем, надеюсь. 56

Глава 3.

- А-астарожненька-а... - юный Цмин, точно заботливая мамочка, попытался подхватить меня под руку, одновременно распахивая дверь в кабинет, - здесь приступочка...
Нашелся помощник на мою голову!
Я с досадой вырвал локоть из цепких лапок Люба, и придержал створку, пока остальные входили. Возможно, княжеская галантность со стороны выглядела несколько неуместно, но после всех этих упражнений со скульптурой мне меньше всего хотелось думать об этикете. К тому же головокружение прошло не до конца, и тяжелая дверь помогла сохранить равновесие. Звезды, вот ведь позорище - старший князь растянулся на полу, точно начинающий ходить младенец. Хорошо, хоть, не видел никто... кроме этих...
Короткий вгляд, искоса брошенный на рыжую девицу неожиданно встретился с карими глазищами, в которых, честное слово, ехидства было не меньше, чем у Сингарда, когда тот принимается читать свои нотации. Может, они родственники?
Я тряхнул головой, тотчас отозвавшейся тягучей мигренью, - да что за ерунда снова примерещилась! - и прошел к креслу у стола. Поучилось почти уверенно.
Люб выразительно шлепнулся на ковер, старательно утер пот с покрасневшего лица и простер в мою сторону длань:
- Усё... Лечите.
Тоже мне, лицедей нашелся. Надо бы поговорить с Велитом, совсем сына распустил. Еще немного, глядишь, вслед за сестрой в Школу изящных искусств отправится.
- Колбасой, - долетел до меня тонкий голос нашей находки, и, обернувшись, я увидел, как девица вытаскивает из-под кресла кожаную сумку. До меня долетел аромат копченостей, хлеба и каких-то специй. Аррайда меж тем вытянула нож из сапога и принялась пластать колбасу и хлеб, раскладывая на блюде, услужливо снятом Артемией с каминной полки. Между прочим, доставшимся мне в наследство от матери! И, наблюдая, как раритетный фарфор покрывается грубо нарезанными кусками, я окончательно закипел. Захотелось взять всю компанию за шкирки и выставить, к лешему, за дверь. Приказать страже отправить их на конюшню, в казармы, куда угодно, но только чтобы прекратилось уже это издевательство! Только, вот, темные глаза Аррайды на этот раз посмотрели искренне и без намека на издевку.
- Угощайтесь. Она вкусная, с чесноком. А хлеб с тмином. - Девушка поставила блюдо на угол стола и заботливо подвинула в мою сторону. Подмигнула детям и, точно подавая пример, взяла с тарелки большой кусок.
- Темка, Люб, и вы налетайте. А потом мне с кирасой поможете. Идет?
Я поспешно сгреб в ящик черновик письма сатверскому комтуру и покачал головой. Злость куда-то испарилась, осталась одна усталость. Нехитрое блюдо же, к моему удивлению, пахло весьма притягательно. Или это просто голод давал о себе знать?
Осторожно, двумя пальцами, я поднял ломоть хлеба с лежащим поверху мясом. Скептически покрутил перед глазами.
- Это под седлом вялили? - Кухне давних я, честно говоря, не слишком доверял.
- Не-а, - беспечно отмахнулась Аррайдас набитым ртом. Я поморщился и все-таки рискнул попробовать угощение. Не так, чтоб мерзко, но просто. Слишком просто. Правда, желудок был с моими мыслями несогласен, и со своим куском я расправился довольно быстро.
- Вкусно? - заботливо поитересовалась Артемия, смущенно присоединяясь к трапезе.
- Нет, - отрезал я, решительно отодвигая в сторону блюдо и подтягивая к себе папку с последними донесениями разведчиков. Подожду Велита, решим, что делать с девицей, а пока пусть здесь посидит. Если будет болтаться по замку, придется приставлять к ней охрану, а там, мало ли, какие слухи пойдут. Будоражить лишний раз жителей Твиллега в такое неспокойное время было бы неразумно.
Дети сосредоточенно чавкали, а девица тихонько вздохнула. Я вопросительно глянул в ее сторону и, леший меня задери, но в карих глазах промелькнула обида. Стало неловко, я смущенно протянул: - Эмм... спасибо, - а после снова разозлился. С чего бы это меня так стало волновать, о чем там себе думает какая-то давняя? Впрочем, глаза у нее, действительно, выразительные.
Пожав плечами, я снова углубился в бумаги, между делом послеживая за незваными гостями. Он же тем временем закончили трапезничать и отошли к окну. Вскоре до меня долетел отвратительно резкий запах касторового масла. Я чихнул и поймал в ответ нестройное "Будьте здоровы, князь!".
- Запах у масла, конечно, премерзкий, зато кираса перестанет коробиться, и трещин на коже не будет. Ну, и с заклепок ржавчина сойдет. Потом надо почистить и отполировать клеймору и ножи, - пояснила Аррайда то ли детям, то ли мне.


Шаман за скверную погоду недавно в бубен получил...
 
ТриллвеДата: Четверг, 01.12.2016, 17:51 | Сообщение # 5
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13772
Награды: 86
Репутация: 93
Статус: Offline
8 Только голос никак не тонкий.

Ну не остается и не остается, все равно мне нра.


 
ТеоДата: Четверг, 01.12.2016, 17:55 | Сообщение # 6
Придворная ведьма
Группа: Князь
Сообщений: 12226
Награды: 87
Репутация: 87
Статус: Offline
Вот, кстати, на счет голоса я и хотела спросить. 56 Какой эпитет брать-то?

Шаман за скверную погоду недавно в бубен получил...
 
ТриллвеДата: Четверг, 01.12.2016, 20:54 | Сообщение # 7
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13772
Награды: 86
Репутация: 93
Статус: Offline
Цитата Тео ()
Какой эпитет брать-то?

Охрипший. У нее меццо-сопрано или альт, от этого крути. 43 Скорее все же альт, командный. 8


 
ТеоДата: Суббота, 03.12.2016, 13:38 | Сообщение # 8
Придворная ведьма
Группа: Князь
Сообщений: 12226
Награды: 87
Репутация: 87
Статус: Offline
Ага, щас, заткнулся Одя. 56 Остапа понесло...

- Запах у масла, конечно, премерзкий, зато кираса перестанет коробиться, и трещин на коже не будет. Ну, и с заклепок ржавчина сойдет. Потом надо почистить и отполировать клеймору и ножи, - пояснила Аррайда то ли детям, то ли мне.
Люб, усевшийся рядом на подоконник, кивнул со знанием дела, а девочка притащила для себя обитую голубой парчой скамеечку и устроилась подле ног Аррайды. Очень надеюсь, что занавески они мне не уляпают. Венисский шелк, между прочим!
Поморщившись, я вернулся к донесениям.
Так, на границах Дальнолесья пока все спокойно. Правда, разведчики заметили активность в предместьях Сатвера - груженые телеги, перегонка скота. Кажется, местные жители покидают деревни. Интересно, это маневры, или просто люди бегут под угрозой войны? Надеюсь, все же, что комтур Эйнар здесь ни при чем. Этот давний всегда казался мне более разумным, чем некоторые фанатики Ордена Божьего Суда. Нужно снова попробовать предложить переговоры...
Из задумчивости меня вывел голос нашей загадочной гостьи, напевавший нехитрую песенку. И, кстати, оказавшийся довольно приятным. В тон, во всяком случае, она попадала.
"Эй, отложи топор живей,
лей, дождик, лей,
ко мне приблизься, пожалей,
лей, дождик, лей.
И поцелуй меня в уста,
кругом такая красота,
ну что же ты, скорей..."
- А ты чего поешь? - тут же влезла Артемия. - Я такой раньше не слышала!
- Да, так, - пожала плечами Аррайда и сосредоточенно нахмурилась, - привязалась...
- А она приличная? - девочка зарделась.
Рыжий Люб завел глаза к потолку и хихикнул:
- Это ты вспомнила "Яшмовую орхидею Мерриана"? Князь Мадре, а зачем вы ее в камине спалили? Папа велел книги уважать, ну и... я так и не понял: а откуда в Мерриане орхидеи? - с милой непосредственностью докончил он.
Темка расфыркала хлебные крошки.
Звезды! Я с трудом удержался, чтобы не выставить наглеца за дверь. Интересно, откуда этот мелкий прохвост знает, что намедни предал я огню образец жуткой пошлости и дурновкусия? И, ведь, по всему, в ту фривольную книженцию детишки уже успели сунуть любопытные носы. Потому и осталась она лежать на столике в библиотеке, а я-то, между прочим, на княгию Идринн грешил!
- Так! - Я раздраженно шарахнул ладонью по столу. - Вернется отец, скажешь, что у меня к нему серьезный разговор! И пусть не забудет захватить розги.
Мальчонка сразу сник, а я, хищно улыбнувшись, попытался вернуться мыслями к сатверскому комтуру. Честное слово, сейчас потенциальный враг вызывал во мне симпатию и даже виделся неким спасением от неловкости. Интересно, что подумала обо мне дама. Хотя... да плевать!
- Влетит? - посочувствовала эта самая дама, тихо, но вполне слышимо.
- Угу, - буркнул Люб, обреченно махнул рукой, и чуть не снес с подоконника долбленку - благо, Аррайда успела ее вовремя подхватить, чем спасла мои занавески.
- А песня? - страшным шепотом напомнила Артемия. - Про что?
- Она приличная, - назидательно ответила рыжая. - Девушка просто дразнила лесоруба, чтобы он не обижал ее любимые деревья, только и всего...
- А они целовались? - не отставала девчонка. - А то не интересно! Я, вот, слышала одну песенку про некроманта...
Звезды, да уймутся они, наконец! Я уже набрал проную грудь воздуха, чтобы вызвать стражу. Посадить их всех под охрану, и плевать на конспирацию. Пусть в покоях у Алера поют, там стены привычные!
Но тут Аррайда, из-под ресниц покосившись в мою сторону, строго шикнула на разошедшуюся мелкую:
- Прекрати! Они не целовались. Девушка охраняла лес, а потом просто исчезла, потому что дровосек ей не нравился. Эти двое слишком разные, чтобы быть вместе.
Рыжая с мрачным видом сползла с подоконника и забрала прислоненный к стене двуручник. Вернулась, и принялась полировать лезвие.
- Подумаешь, разные! - упрямо тряхнула головой Артемия. - У меня, вот, папа - давний, а мама... она...
Голос девочки внезапно сел, она замолчала, шмыгнула носом и порывисто отвернулась к окошку. А я постарался вспомнить, видел ли ее мать. Они же, вроде, из беженцев. Недавно в Твиллеге.
- Ладно тебе, Темка, - отмер Люб и приобнял подружку за плечи. - Давайте лучше о чем другом говорить. Не о... тьфу, нежной страсти.
- Извини, я не знала, - расстроено сказала рыжая. - Действительно, а расскажите последние новости.
Я напрягся и, отложив в сторону письмо, пристально уставился на Аррайду. Вот, похоже, и доплыли. До утечки информации.
Девушка вызывающе вскинула подбородок и прищурилась:
- Можете мне не верить, но я не знаю о вашем мире вообще ничего!
Люб задумчиво поскреб пальцем кончик веснушчатого носа:
- Так новость у нас одна - война будет. Скоро. Вот победим кругло... давних - и наши народы станут свободными.
- Серьезно? - Я скрестил руки на груди и, откинувшись в кресле, удивленно оглядел младшего Цмина. Ишь, ты, разумник какой. Интересно, от кого он успел подобных идей нахвататься? - Это тебе отец сказал?
- Э... нет. - Мальчишка удивленно похлопал длинными ресницами. - Так, все ж говорят.
- Кто эти "все"?
- Ну... в замке. И вообще... баллады поют.
Баллады, значит. Сказители, чтоб их. Я тут из кожи вон лезу, чтобы сохранить хрупкий мир, а эти обормоты, оказывется, планы "всех победить" вынашивают. Похоже, и сестричка Любова туда же, менестрелька героическая. Хорошо, что хоть Алера в замке нет, и он к подобным песнопениям не причастен. Надеюсь.
- Что ж, - я пристально посмотрел в глаза мальчишке, - пожалуй, они правы. Давних надо победить. И лучше всего начинать со своей вотчины. Вот, допустим, отца Артемии. Кто там у нас еще есть в Твиллеге? Конюх? Да, точно. Это же сташное дело, он же нам лошадей извести может. Ненадежный тип - уши круглые. Или, вот, Аррайда? Как, девушка, вы согласны, чтобы вас вот прям счас победили?
Кажется, я уже орал, а мальчишка смотрел на меня испуганными глазищами, и нижняя губа его подрагивала.
- Но... но я же не имел в виду...
- А что ты имел в виду? Что другие давние хуже, чем отец Артемии? Много лет наши народы жили в мире, и если однажды до власти дорвалась кучка дураков, то это вовсе не значит, что элвилин должны им уподобляться! В конце-концов, мы старше, мудрее, на нас и ответственности больше. Нападут - ответим, но я сделаю все, чтобы не допустить открытого противостояния!
Фух, вот ведь разорался. Мудрец- долгожитель. Дитенку несмышленному душу изливать принялся. Хотя, почему только дитенку? Рыжая, вон, стоит, внимательно слушает. Пусть теперь докладывает тому, кто ее в замок прислал, что князь Мадре крови лишней не желает. Может, и толк выйдет. Это, если она действительно засланная.
В распахнутое окно влетела Иллирит - растрепанная пятнистая птичка с красными бровками и задорным хохолком. Зависла, игнорируя закон всемирного тяготения, над моим плечом, пискнула и оставила на синей тунике белое пятно. Я привычно поймал нахалку, зажал в кулаке и, строго оглядев притихшую компанию, вышел в спальню, демонстративно хлопнув дверью. Пусть речь мою осознают и пообщаются. А голосники еще никто не отменял.


Шаман за скверную погоду недавно в бубен получил...
 
ТриллвеДата: Суббота, 03.12.2016, 14:40 | Сообщение # 9
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13772
Награды: 86
Репутация: 93
Статус: Offline
Цитата Тео ()
Посадить их всех под охрану, и плевать на конспирацию.

Это я не поняла.

8 А вообще весело выходит, мне нра. Не дают мужику поработать. 56

Цитата Тео ()
Ненадежный тип - уши круглые.

Блестящий кусок!

А кстати, не будь князья вменяемы, так со своих бы и начали. И насчет Тальки самое оно. 56


 
ТеоДата: Суббота, 03.12.2016, 15:04 | Сообщение # 10
Придворная ведьма
Группа: Князь
Сообщений: 12226
Награды: 87
Репутация: 87
Статус: Offline
Цитата Триллве ()
Это я не поняла

Тут имела в виду, что Одя наплевал на свое предыдущее решение не будоражить жителей замка явным присутствием пленницы - с охраной, там, и прочими предосторожностями. Расписать это? Или вообще, может, на фиг подобные мысли?
Цитата Триллве ()
Блестящий кусок!

Я ж говорю, дорвался. 56 А то с этим ролевушкинским трепом не князь был, а зашуганный племянничками добрый дядюшка. 39


Шаман за скверную погоду недавно в бубен получил...
 
ТриллвеДата: Суббота, 03.12.2016, 15:47 | Сообщение # 11
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13772
Награды: 86
Репутация: 93
Статус: Offline
Цитата Тео ()
Расписать это? Или вообще, может, на фиг подобные мысли?

Или распиши, или убери, на твой вкус.

Цитата Тео ()
зашуганный племянничками добрый дядюшка

Ну, это в нем тоже есть, потому детишки его любят и отчаянно пользуются. 8


 
SeidheДата: Воскресенье, 04.12.2016, 08:42 | Сообщение # 12
Главный вампир
Группа: Глашатай
Сообщений: 2452
Награды: 77
Репутация: 86
Статус: Offline
Девушки, а вы Сианна решили совсем почикать? :)

Станьте солнцем, вас все и увидят
 
ТриллвеДата: Воскресенье, 04.12.2016, 11:42 | Сообщение # 13
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13772
Награды: 86
Репутация: 93
Статус: Offline
Цитата Seidhe ()
а вы Сианна решили совсем почикать?

Как можно совсем? Просто он позже появится. 56


 
ТеоДата: Воскресенье, 04.12.2016, 13:24 | Сообщение # 14
Придворная ведьма
Группа: Князь
Сообщений: 12226
Награды: 87
Репутация: 87
Статус: Offline
Это ж святое, куды без него! Он просто в данное время в Мерриане серебряные ложечки с Сябиком тырит. 56
Ох, блин, мы только вернулись. Дитенок вырос из зимних штанов, на улице мороз, у мну паника. Ну, купили, наконец-то. Но это ж такая лошадь, а папа все в детские отделы по старой памяти пытался рваться. Наивный. 8
Но пока покупали, подшивали, за продуктами мотались, я еле живая приползла. 34 Даже не знаю, получится ли продолжение выдать. Все болит и спать хочется...


Шаман за скверную погоду недавно в бубен получил...
 
ТриллвеДата: Воскресенье, 04.12.2016, 13:39 | Сообщение # 15
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13772
Награды: 86
Репутация: 93
Статус: Offline
Цитата Тео ()
Но пока покупали, подшивали, за продуктами мотались, я еле живая приползла.

Как мне это знакомо. 34


 
Форум » Библиотека (фантастика, фэнтези) » Ночь упавшей звезды » Глава 3
  • Страница 1 из 5
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • »
Поиск:


Copyright MyCorp © 2019 Бесплатный хостинг uCoz