Вторник
17.10.2017
07:05
Приветствую Вас Паломник | RSS Главная | Глава 57 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Библиотека (фантастика, фэнтези) » Книга кораблей » Глава 57 (Концептуальная)
Глава 57
ТриллвеДата: Четверг, 29.11.2012, 14:31 | Сообщение # 1
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13922
Награды: 85
Репутация: 91
Статус: Offline
Глава 57.

— Сингард, я боюсь ее потерять. Как тогда, в Твиллеге — вот только держал в объятиях, а вот уже нет. Еще того хуже, когда она умирала от яда болотной орхидеи… Между нами точно нить натягивается, и если она оборвется, я перестану жить.
Одрин глубоко вздохнул.
— Я и через дольмен себя заставил пройти только потому, что иначе мы добирались бы до Вениссы месяц.
— Ну и надо было сидеть в Твиллеге, мальчишка, — фыркнул Сингард. — Что бы мы ни решили, тебя в известность поставили бы. Или ты думаешь, что, находясь в эпицентре событий, сумеешь на них повлиять?
— Думаю, — князь улыбнулся. — Уже.
— Не иначе, этот пропойца Орландо тебе наболтал чего… Да дай же попить, в горле пересохло!
О фарфоровые стенки заплескала вода. Лекарь приложился к сосуду и долго пил, фыркая.
— О чем это я? Нет, я понимаю, что впервые в жизни у тебя есть настоящая семья. Что Арри дала тебе счастье, которого не было ни с Исой, ни с Тавви. Но и ты пойми, что она живой человек со своими желаниями, волей, что ее нельзя держать под стеклянным колпаком! Это вредно для нее и будущего ребенка, наконец! Нормальная здоровая женщина, а ты с ней, как с девой трепетной, носишься.
Люб со стуком поставил чашку на стол.
— Мое последнее тебе слово: перестань. Вот зачем ты напялил на нее кольчугу? Да, легкая, не то что у давних, а смысл? Аурора сказала мне, что девочка нашла и носит защитный костюм. А он луч лазера выдержит легко… э… арбалетный залп. А ты заставляешь ее лишние тяжести таскать.
— Эта тонкая пленочка?
— Да, мономолекулярное волокно… Тьфу, не знаю, что это такое, но выдерживало. Мы их все тут носили. Особенно, после того, как святой Трилл, не к ночи будь помянут, морда, устроил покушение на Риндира. У парня была отменная реакция, а то, подозреваю я, Одрин, ты бы остался без жены.
— А что, собственно, они не поделили?
— Ну и вопросы ты задаешь! — фыркнул Люб раздраженно. — А что вы не поделили с Равелтой? Власть — вот самая сладкая отрава, с которой весьма не хочется расставаться. Этот недоумок считал, что власть у него в кармане. Еще бы, принцесса Бранни в рот Триллу смотрела и в любой момент готова была подписать отречение. И тут ему Риндир дорогу перебежал. Сперва выиграл у нее Корабельной колодой кусок земли, знаешь, тот, в Солейле, над водопадами. А потом и саму очаровал так, что она о монастыре и думать забыла. Он стал для Бранни принцем из волшебной сказки. По сути, всем: и другом, и братом, и защитником. Бедная сиротка, она иной жизни не ведала, кроме своей глухомани, ни туфелек, ни нарядов, и мылась-то раз в год. А Триллу еще и выгодно было ее темной держать, ведь такими управлять проще. Тьфу, зараза! Зато какие волосы у нее оказались, когда отмыли: густые, рыжие, ну просто сноп лучей. Кажется, именно тогда штурман запал на Бранвен окончательно, а до того только жалел.
— Постой, — оборвал муж Сингарда, — все это весьма поучительно, твой экскурс в историю, думаю, и Триллве о предке интересно будет узнать, но какое это имеет отношение к совету Изначальных?
— Да самое непосредственное! — рявкнул Люб. — Кто не учитывает уроки истории, тот постоянно получает по лбу ручкой от граблей. Ну и Четвертая Кровь! И авария на Вратах. Ох, чую я, без Трилла там не обошлось. Все, Одрин, все, больше ни слова не выжмешь из старого дурака до полуночи. Так, зачем это я зашел? А! Где старый кафедральный собор, знаешь? Так ровно в полночь за амбаром… Тьфу, в соборе. Ждем. А до того можешь показать девочке Вениссу. Ей понравится.
Лекарь ушел, ступая удивительно бесшумно для столь грузного тела. Из распахнутой двери пахнуло сквозняком и влагой, заставляя меня глубже зарыться в одеяла. Одрин, привлеченный шорохом, появился в спальне и пощекотал меня за пятку, сунув руку под одеяло. Я отдернула ногу и ойкнула.
Муж наклонил голову к плечу:
— Ну что, будем дальше спать или отправимся на карнавал?
— Куда?
— Весь город для нас, княгиня, — он торжественно поцеловал меня в губы. — Платье и маска уже готовы.
— Какое платье?
— Шелковое. Но лучше самой посмотреть, — он расплылся в лукавой улыбке.
— Я хотела сказать… оно не подойдет к мечу!
— Спрячешь его под плащ, — муж величаво пожал плечами. И потянул меня за руку: — Вставай-вставай, тут в подполе нашлась неплохая ванная.
Я проворчала, что элвилин прямо-таки помешаны на чистоте, но охотно пошла за ним. Вход в погреб был за углом дома, потому Одрин набросил на меня плащ и взял на руки, чтобы не возиться с туфлями. На крутой деревянной лесенке было тесно, но грация супруга уберегла мои колени и локти от повреждений.
В сводчатом помещении места хватило ровно настолько, чтобы вместить широкую скамью с банными принадлежностями и глубокую здоровую лохань, изгибами напомнившую телесатую красотку мастера Орландо. Ванна до краев была полна теплой воды, и муж решительно погрузил меня в нее.
Я поскребла пальцами отросшие волосы:
— Им теперь полчаса сохнуть!
Одрин хмыкнул:
— Я воздушный маг все-таки. Высушу в лучшем виде.
И подал мне круглое, пахнущее яблоками мыло.
Я глубоко вздохнула, приглядываясь к мылу сощуренным глазом.
— Яблока хочу!
Муж щелкнул пальцами. Яблоко было такое же круглое и такое же зеленое и пахло едва ли не сильнее. Рот мгновенно наполнился кислой слюной. Я захрумкала так аппетитно, что Одрин не выдержал и тоже достал себе яблоко. Так мы перекусили перед дорогой. А ужинать собрались уже в городе — князь намекнул на несколько мест, где в свое время подавали изумительную рыбу.
Платье из золотого венисского шелка было таким тонким, что его казалось боязно взять в руки. К нему прилагались остроносые золотистые туфли на красных каблуках, приятно пахнущие кожей. Вуаль, должная укрывать лицо, крепилась к тонкому золотому обручу с сеткой из золотых нитей, скрепленных жемчугами. Но сильнее всего ошеломило меня ожерелье: цепь из золотых звеньев, с которой свисали фестоны самоцветов: в мелких зеленых и синих яхонтах купались, как в росе, густые, вишневые шпинели. Я стиснула цепь ладонями, а вид у меня был такой, что Одрин бросил натягивать черное трико и воззрился на меня.
— Солнышко, что такое?
— Я должна это надеть?
— А почему нет? — он удивленно сморгнул.
— А если украдут?
Князь надул губы и хмыкнул:
— У тебя? Не верю. А даже если и попробуют… ой, я не завидую им.
Притянул меня к себе, заглянул в глаза:
— Кажется, я теперь понимаю, почему у матери не было фамильных драгоценностей. Я постараюсь это исправить.
Я кивнула. Провела пальцем вдоль вишневого кругляша:
— Огранка розой…
Одрин улыбнулся:
— Ты и в этом разбираешься?
— Командир моей охраны увлекался ювелирным рукомеслом. От него и узнала.
Я вздрогнула: воспоминание выстудило меня, прорываясь наружу.
Дорай любил меня искренне и собирался жениться, и кольцо к свадьбе сделал сам. А я отказала, я все еще надеялась, что Варнас вернется.
— Он был хорошим человеком. И погиб, — произнесла я вслух. — Глупо.
Муж стер слезу у меня со щеки.
— Триллве… Ты похожа на мой народ. Он тоже потерял память. А теперь начинает вспоминать.
— Не все. Иногда… цепляет что-то… картинка… или запах…
Я затихла у Одрина в руках, ткнувшись лбом в выпирающую ключицу. Он подул мне в затылок:
— Поплачь, если хочешь.
— Не-а… Помоги мне одеться. Не хочу терять времени.
Он светло улыбнулся:
— Как скажете, княгиня, как скажете.

Эта ночь была по-своему волшебной, как ночь нашей свадьбы. Мы познавали Вениссу, то идя по ней пешком, то плывя на стремительной лодке по озеру и каналам; то торопясь, то задерживаясь на углу за столиком, где нам подавали вареных раков и легкое, сладкое вино местных виноградников; то целуясь в темных переулках, то вплетаясь в красочную толпу карнавального шествия. Со всех сторон пахло цветами и звучала музыка. Город словно был пропитан ею и коричным запахом увядающих листьев, пудрой и потом, маслом картин уличных художников и фонарей. Суматошный, шумный, слегка бестолковый и радостный город. Усталые, мы вышли на горбатый мост перед дворцом. Его темные окна отражали луну. И, сидя на перилах, уличный музыкант наигрывал тарантеллу. Ему вторила на флейте долговязая девушка, еще двое, отплясывая, гремели полыми тыковками с горохом. Завораживающий танец привлекал народ, втягивал в ритм, заставлял ноги дергаться, а ладони хлопать. Подхватывал движением. Развеваются юбки и волосы, гремят по мостовой башмаки. Одрин улыбнулся мне, протягивая руку. И мы влетели в танец. Змеей заворачивал хоровод, рисуя узоры на мосту; музыканты ускоряли ритм. Казалось, мы или стопчем каблуки, или пробьем мостовую и станем выплясывать на воде…
— Я так люблю танцевать!
— Триллве! — муж подхватил меня за талию и закружил так, что мир радугой завертелся вокруг нас. — Так говорила та… с кого начался мой народ!.. Мы одной крови, Триллве!!..
Я раскинула руки над головой, паря в его объятиях. А вокруг неслось торжествующее эхо.
Но тут часы на замковой башне пробили половину двенадцатого, заставляя очнуться.
— Бежим!
— Погоди, неугомонная, — взмолился князь, когда мы вывалились из толпы. — Дай твоему старому мужу отдышаться. До собора четверть часа неспешной ходьбы.
Я снизу доверху оглядела его стройную фигуру, затянутую в черное, с темным блеском мехового воротника. Белые волосы были спрятаны под модный в Вениссе капюшон, длинный хвост которого спускался ниже ягодиц. Серые глаза мягко светились в темноте.
Я хмыкнула:
— Нашелся старый! И лошадей после долгого бега принято выгуливать.
— Выгуливать, а не нестись сломя голову, моя всадница!
Яркие глаза оказались чересчур близко, я стала тонуть в них. Одрин поддержал меня под локти, одарив лукавой улыбкой.
— Идем, радость. На советы нехорошо опаздывать. Того гляди, призраки разорутся…
Можно подумать, боялся он этих призраков!
А вот Старый город действительно пугал: ни веселящихся толп, ни фонарей, ни огонька в лачугах по сторонам узких улиц. Или даже поднятые кверху в немой мольбе обугленные стропила. В наполовину заросших ряской каналах едва теплился лунный свет. Наши шаги глухо звучали в тишине.
— Жутковато, правда? — муж пожал мою ладонь. — Несколько лет назад в большом соборе случился пожар, это сочли дурным предзнаменованием, и с тех пор он стоит заброшенный.
— И тут твоя невестка руку приложила?
Муж фыркнул.
— Не думаю. Хотя… как знать. Вот вернемся в Леден и расспросим. Пришли.
Силуэт темнее самой ночи возвышался перед нами. Холод источали его каменные стены. Храм был ребристый, массивный и тяжелый — он притягивал к себе и занимал все пространство, словно глотая слабый свет луны. И только чуть отблескивало витражное окно-роза над порталом.
Люб Сингард ступил нам навстречу, когда мы взошли по высоким выщербленным ступеням; его глаза зеленью сверкнули в окружающем мраке.
— Ох, наконец-то! Мы искали место зловещее, способное отпугнуть возможных соглядатаев. Но зловещее не настолько же!
Он поднял голову к смутным статуям на фризе: не то птицам, не то летучим мышам, завернувшимся в крылья.
— Похоже, творческий гений Фенхеля эйп Леденваля тогда был очень зол.
Муж хмыкнул:
— То-то в химерах я узнаю бабушку…
Внутри оказалось еще темнее, чем снаружи. Я с трудом различала в свете, льющемся из стрельчатых окон, сероватые пятна колонн; гирлянды ветхой ткани, протянутые между ними; длинные скамьи с резными спинками, гигантскую статую Судии в апсиде — с позлащенными весами на вытянутой над собором руке. Нашим шагам по стертым мозаикам отзывалось четкое, настойчивое эхо. Пахло копотью и пылью.
Я опиралась на руку Одрина, слегка завидуя кошачьему зрению элвилин и любовых чад. А еще мне припомнился Туле. Город, где я была наместницей прежде, чем получить корону Каральены. Мрачный, наполненный жуткой, загадочный жизнью. Полусожженный, заброшенный. И такой же собор — выжженный магическим огнем, распространившимся потом на весь город. Этот огонь долго не могли погасить. А Туле потом пришлось поднимать из руин и истреблять нечисть, что завелась в его останках…
— Триллве?
— Нет, ничего.
Мы остановились на круге между скамьями и статуей. Я разглядела несколько любовичей у колонн, слегка помахала рукой неразлучникам Барсу и Майрике, а также здоровиле Берту, что сопровождал в Ледене мою невестку. Между тем Сингард отошел к троице, занявшей ступеньку под Судией: призрачным, чуть светящимся силуэтам скульптора Фенхеля и бабушки Ауроры и упитанному мужику в плаще, в котором я определила мастера Орландо. И тут живые Изначальные, точно по сговору, скинули на пол плащи, оставшись в таких же белых облегающих костюмах, как тот — найденный в твиллегской кладовой, — что был под платьем на мне. Призраки плащей не сбрасывали, за неимением таковых, просто рябь пробежала по полупрозрачным телам, и привычные элвилинские одеяния сменились такими же костюмами. И четверо, такие разные, вдруг сделались похожими. Сингард тряхнул рыжей гривой, сверкнул зеленью глаз и густым, сочным басом произнес:
— Князь Одрин Мадре, княгиня Аррайда. Экипаж звездолета «Твиллег» приветствует вас!
— Все, что от него осталось, — облачком колыхнулась бабушка Аурора.
— Не так уж плохо для трех тысяч лет, — дедка лекарь широко улыбнулся. — Нам удалось создать вполне жизнеспособную колонию.
— Хотя предназначались мы вовсе не для этого, — скульптор Фенхель вскинул узкий подбородок.
— А для чего? Простите, Изначальные, мы присядем, — Одрин потянул меня на скамью.
— И верно, — прогудел Люб. — В ногах правды нет. А ты, дорогой потомок, явно собираешься засыпать нас вопросами.
И тоже присел на ступеньку. Рядом, подстелив плащ, опустился дородный Орландо. Призраки — слегка подвисая в воздухе — устроились рядом. Любовичи деликатно подались ближе.
— Ну как же для чего… — Сингард поскреб щеку и подергал себя за ухо. — Раса элвилин специально была создана, чтобы строить Врата. Сиречь, дольмены, но соединяющие не просто уделы, а планеты у разных звезд.
Он тряхнул рыжей головой.
— С двигателем для межгалактических полетов, позволяющим превзойти скорость света, как-то не вытанцовывалось, с анабиозом тоже, а сидеть пожизненно в колыбели… Вот кто-то и подал идею изменить самих людей. Мифы подсказали, какими мы должны быть. Бессмертные и беззаветные любители искусств — чтобы не сойти с ума во время долгих перелетов. Ну, и с чувством юмора. За дело взялись лучшие специалисты. Полагаю, имена называть не обязательно. Если покопаться в библиотеке Твиллега, вы сами сможете их найти.
— Сочетание генетических изменения с наноботами, такими частицами, корректирующими организм, и дали нужный результат, — дал передохнуть Любу мастер Орландо. — Практически неограниченный срок жизни, блестящая память, разнообразие талантов, легкие светлые характеры, эмпатия и, как оказалось, способности к магии. Вот такие мы… получились. И звездолеты полетели во все концы вселенной, открывая новые миры и присоединяя их к Земле. «Твиллегу» не повезло, во время длительного пути был поврежден маршевый двигатель.
— Или повезло, — завилась струйкой бабушка Аурора. — Потому что рядом оказалась годная к жизни планета — как раз такая, что подходит для установки Врат. Мы покрутились над ней… сколько? — она обернулась к аманту.
— Около года, дорогая. Изучили с большего географию, геологию, биологию; язык и культуру аборигенов. А еще здешнюю магию. На Земле такой нет.
— Между прочим, у меня неплохо получалось разгонять облака, — улыбнулась бабушка.
— Сударыня! — вернул ее к теме Сингард.
— Да, продолжаю. Не считая магии, Даринга была примитивным королевством. С убогой принцессой и ярко выраженным религиозным лидером Триллом. Вот уж морда! Так обходиться с девочкой! А мы его здорово напугали и не учли, что можем послужить антагонистами его Судие. Хотя старались действовать дипломатично и корректно. В принципе, если бы Врата удалось построить, то проблема с поломкой была бы решена. Разрешение на постройку Врат над Солейлом — самое подходящее место, достаточно уединенное и высокое, и в то же время близкое к городу с относительно развитой инфраструктурой… Так вот, разрешение получил наш штурман, Риндир Абранавель.
— Как? — переспросил Одрин.
Изначальные переглянулись.
— Погоди, — взмахнул лапищей Сингард, уставившись на князя. — Ты не о том ли Абранавеле, которого поминал Цмин в связке с Сатвером? То есть…
— Алхимик…
— То есть, у нас под боком все время торчал носитель Четвертой крови, а мы?!
Аурора пальцами взялась за виски.
— А мы все на свете позабыли, — заметил Орландо с глухим удовлетворением. — А я, между прочим, говорил и предупреждал.
— А ты сейчас заткнешься и не станешь порочить память моего зятя! — выкрикнула Аурора тоненьким голосом. — Не скажу, что плодиться и размножаться так уж приятно…
— Это смотря с кем.
— Орландо, — нахмурился Люб.
— Абранавель, — покатала я на языке имя. — То есть, он мой… родственник?
— Погодите, дорогие Изначальные, — муж тихонько свистнул, и ему на голову обрушилась пестрая летавка Иллирит, возмущенно пища и распушив перья. Барс догадливо поднес кусок пергамента и карандаш.
— Пусть уж он дожидается нас в Твиллеге, а не в какой-то лачуге под Сатвером, не желаю упустить ценного свидетеля, — князь сердито сдул волосы, нападавшие на глаза, и привязал скрученное письмо к лапке Иллирит. Пичуга с легким хлопком исчезла.
— Надеюсь, Цмин догадается дать ей печенья, — произнес Одрин задумчиво. — Или за целость его ушей я не отвечаю. Ну, вот. Что там было дальше с Вратами?
— И с легкими светлыми характерами? — уставился на Орландо Люб.
— Между прочим, Риндир такой и был, — огрызнулся тот. И повернулся к Одрину: — Построили мы Врата.
— Ага, «мы пахали»… — фыркнула бабушка.
— Хватит! — рявкнул Сингард. — Вырастили мы обод нас Солейлом со всеми фильтрами и служебными помещениями в цоколе, фактически внутри горы.
Он шлепнул себя дланью по лбу:
— Между прочим, если бы не Триллве, я бы о Вратах и не вспомнил, да она подсказала, где искать. На гобелене в кладовых Виолет.
— Угу, — тихонько прогудел Барс.
А я подумала, что почему-то мне все подозрительно видно, несмотря на темноту в соборе и скрывшуюся луну, а потом догадалась, что подсвечивают призраки.
— Еще чуть пониже у Врат возвели дворец для Риндира и принцессы Бранвен, — мечтательно вздохнула Аурора. — И разбили сад.
— Лучшее мое творение, — поднял очи дедушка Фенхель. Орландо кивнул:
— Все они у тебя лучшие. И развалины романтичные и гармонируют с окружением. Я до войны туда учеников таскал, показывал…
— Так, лирики!.. — призвал их утихомириться Сингард. — В день свадьбы Риндира и Бранни должно было состояться открытие. Все ждали с нетерпением, и местные жители, и мы. Один только Трилл был недоволен, но тщательно это скрывал. Даже клятвенно пообещал принцессе, что проведет обряд бракосочетания.
— А устроил диверсию, — прошипела Аурора.
— По косвенным признакам, — Фенхель призрачной рукой обнял ее за призрачные плечи. — Риндир в ту ночь должен был ночевать отдельно от невесты, мальчишник и все такое… А тут вдруг на гору его понесло.
— Одного? — охнула я.
— Если бы! Двух штурманов-дублеров и инженера… Цмин все порывался с ними, но ему через полчаса на вахту было заступать. Как раз в полночь и ухнуло, — дедка Сингард шумно вздохнул. — Кто видел — говорили, что обод вдруг засеребрился, паутину фильтра прорвало, и хлынула вода… А потом обод повернулся все же, и море обрушилось на удел Нор-Гейт. Вот такое наводнение в январе.
Он скорбно замолчал, молчали и остальные. Где-то высоко на крыше ветер громыхал черепицей.
Мы словно заново переживали трагедию, случившуюся три тысячи лет назад.


 
ТеоДата: Четверг, 29.11.2012, 19:14 | Сообщение # 2
Придворная ведьма
Группа: Князь
Сообщений: 12267
Награды: 87
Репутация: 87
Статус: Offline
По-моему, твой муз пашет за двоих. happy

Quote
И, сидя на перилах, уличный музыкант наигрывал тарантеллу. Ему вторила на флейте долговязая девушка, еще двое, отплясывая, гремели полыми тыковками с горохом. Завораживающий танец привлекалнарод, втягивалв ритм, заставлял ноги дергаться, а ладони хлопать. Подхватывал движением. Развеваются юбки и волосы, гремят по мостовой башмаки. Одрин улыбнулся мне, протягивая руку. И мы влетели в танец. Змеей заворачивал хоровод, рисуя узоры на мосту; музыканты ускорялиритм

А это не фарандола? Таранетелла, вроде, парный танец?

Quote
— То-то в химерах я узнаю бабушку…

И снова стекла пацтол. biggrin

А классно...


Шаман за скверную погоду недавно в бубен получил...
 
ТриллвеДата: Четверг, 29.11.2012, 19:58 | Сообщение # 3
Великий магистр
Группа: Князь
Сообщений: 13922
Награды: 85
Репутация: 91
Статус: Offline
Quote (Тео)
Таранетелла, вроде, парный танец?

Не всегда. Я проверяла и даже ее слушала, чтобы внутренние ощущения оценить. Кстати, ссылки тут в полезное и бросила. biggrin


 
Форум » Библиотека (фантастика, фэнтези) » Книга кораблей » Глава 57 (Концептуальная)
Страница 1 из 11
Поиск:


Copyright MyCorp © 2017 Бесплатный хостинг uCoz